Господин Либерман объявляет о готовности к компромиссу по закону о призыве
Глава партии «Наш дом Израиль» изъявляет согласие войти в одно правительство с ультраортодоксами, ежели таковое составится; в столице толкуют о цене сего решения
По сообщениям: Дмитрий Дубов, Амит Сегаль, Израильские трудовыебудни, Бен Каспит
Утром сего дня господин Авигдор Либерман, глава партии «Наш дом Израиль», официально объявил, что готов пойти на уступки в деле о законе о призыве и войти в одно правительство с ультраортодоксами, буде такое правительство учредится. В пространном своём заявлении он изъяснил, что итоги выборов обязывают всех пересмотреть прежнюю стратегию, ибо, по его словам, нет ни хороших путей, ни чудесных средств. Господин Либерман напомнил, что ещё 21-го декабря 2016 года предостерегал о возможном вторжении боевиков «Нухбы» в пределы Израиля, и что примерно за двенадцать дней до последних выборов предупреждал, сколь вредна для блока перемен кампания под знаменем «самой большой партии» и толки о правительстве меньшинства. По его исчислению, за последние десять дней кампании блок перемен лишился семи или восьми мандатов, из коих три или четыре, прежде принадлежавшие его партии, вернулись к господину Нетаниягу, а «Ликуд» сделался крупнейшею партией. Он изложил три предела, за которые не намерен ступать: положить конец эпохе Нетаниягу; не допустить новых выборов; не составлять правительства, зависящего от воздержания депутатов Объединённого арабского списка и РААМ, — против такового его партия, по его словам, проголосует. Во всём прочем, заметил он, надлежит являть гибкость, ибо кто хватает слишком много, тот остаётся ни с чем; «это касается и закона о призыве», признался господин Либерман, прибавив, что говорить о том ему больно. Слухи о ротации на посту главы правительства он отверг, объявив, что ни с кем сего вопроса не обсуждал, «даже с самим собою», и что почитает ротацию механизмом вредным. Он призвал составить коалицию из шестидесяти одного депутата без упомянутых арабских партий, выразив надежду, что затем к ней, весьма вероятно, примкнут ещё три или четыре депутата от «Ликуда». Отклики не замедлили. Обозреватель господин Амит Сегаль отметил, что господа Айзенкот и Беннет поначалу хранили молчание, а у въезда в Иерусалим, по его известию, как раз в сию минуту снимали вывеску партии Либермана: «100% служащим, 0% уклоняющимся». Тот же обозреватель заключил, что цена уже назначена — ультраортодоксов, по его мнению, призывать не станут, и победа осталась за раввином Ландау; он же сообщил, что спустя несколько минут после заявления сошлись переговорщики «Нашего дома Израиль» и партии «Яшар». Председатель «Яадут а-Тора» господин Яаков Ашер изъявил радость по поводу гибкости, обнаруженной всеми сторонами в деле о призыве, и сожаление о том, сколько вражды можно было бы избегнуть, яви она себя прежде; приведя из недельной главы слова о сватовстве Ицхака и Ривки — «позовём девицу и спросим её», — он напомнил, что всякое предложение будет прежде представлено на суд великих раввинов поколения. Господин Яир Голан написал, что исполнено обещанное: составить правительство, отправить Нетаниягу домой, спасти демократию и безопасность Израиля; господин Сегаль на то язвительно заметил, что обещание призвать ультраортодоксов кануло. Господин Бени Ганц в беседе с госпожою Орли Голдкланг в газете «Макор Ришон» сказал, что потребна определённая схема службы, что раздаются голоса, зовущие отбросить её единственно ради свержения Нетаниягу, и что зависимость от ультраортодоксов, по его разумению, невозможна. Господин Дан Илуз, перешедший из «Ликуда» и занимающий десятое место в списке «Нашего дома Израиль», по сообщениям, отказался войти в Кнессет «норвежским депутатом» в знак несогласия с отступлением от закона о призыве; впрочем, господин Сегаль затем уточнил, что первоначальное известие гласило лишь о том, что господин Илуз не станет настаивать, и что господин Либерман передаёт решение господину Айзенкоту. Сей последний, по известию господина Дмитрия Дубова, высказался за скорейшее составление правительства меньшинства с видами на его расширение впоследствии. Господин Дубов, со своей стороны, полагает, что всё сие более походит на счёты между господами Либерманом и Айзенкотом, и предлагает обождать. Составится ли новое правительство и долго ли оно продержится, покамест неизвестно.
I. T.. Но что же, скажите на милость, прикажете делать? Снова идти к урнам — и снова Биби, Биби и опять Биби? Принципы не меняются, они лишь принимают иной вид сообразно с действительными обстоятельствами. Главное — свести Биби с трона. Ради сего можно отложить меры строгие и хоть на время усмирить кого-нибудь в том хаосе, который сотворили Биби и его союзники.
Помяните моё слово: это последнее заявление господина Либермана на его политическом поприще. Отныне он политический мертвец. Столь жестоко подвёл он своих сторонников сим объявлением, что ни одна живая душа более не подаст за него голоса!
M. M.(ответ: S. G.). Совсем напротив. Либерман от сего лишь выиграет, явив себя политиком гибким и способным к разумной уступке.
А я за него голос подам, и нисколько он нас не подвёл. Впрочем, всякий видит лишь то, что желает видеть.
M. M.. Либерман доказывает, что он не упрямый баран, но истинный государственный муж, умеющий рассудить, которые цели важнее, и пойти на уступку. Всё устройство израильского правления зиждется на составлении кабинета из разных партий, кои уступают друг другу и меж собою договариваются. В том-то и состоит самая суть демократии!
S. G.(ответ: M. M.). Быть может, я и чересчур горяч. Однако держусь того мнения, что ультраортодоксы опаснее для нашего государства, нежели арабы, живущие в Израиле. Люди, видите ли, выхватывают из сказанного одну часть и по ней строят своё суждение. Я не противник уступок из соображений тактических, лишь бы без отречения от убеждений. Но голос свой я отдал тому, кто обещал не вступать с ними в коалицию.
В. П.. В «Трудовых буднях» уверяют, будто Либерман пошёл на компромисс с РААМ; прочие же, сколько я могу судить, пишут об уступке ультраортодоксам. Кто же из них прав, растолкуйте мне?
Комментатор(ответ: В. П.). «Трудовым будням» веры давать нельзя: это листок сугубо бибистский, сущее орудие пропаганды. Помню, как в 2023 году там толковали, будто ничего страшного не приключится с внуками евреев, ежели Закон о возвращении переменят, — будут-де жить здесь по визе. Словом, ниже падать уже некуда.
I.. Заявление, по моему разумению, вполне логическое. А уступчивость в политике ныне решительно надобна.
П.. В одной стране к власти пришли радикалы-евреи — и вот уже четыре года мы созерцаем сие зрелище...
W.(ответ: П.). Позвольте заметить: радикальные евреи вас убить не желают. А радикальные магометане — желают, и весьма.
Вот в чём вы ошиблись, господа: Биби оказался вовсе не чудовищем, а те, кто с ним боролся, сорвали свои милые маски и явили истинное, поистине чудовищное своё лицо. Говорю сие с невозмутимою усмешкой.
T.. Будьте покойны, господа: и Биби точно так же пустился бы в сделки, когда бы только имел к тому возможность, в этом не извольте и сомневаться. Все они там, право, одного поля ягоды.
О состязании двух кабинетов, ещё не рождённых
Г-н Айзенкот объявляет о намерении составить правительство чрезвычайное; обозреватели усматривают в том негласное соперничество с г-ном Либерманом
Бен Каспит, Амит Сегаль
Из столицы сообщают, что дела о составлении нового правительства приняли оборот весьма любопытный. Г-н Амит Сегал, известный обозреватель, полагает, что ныне состязаются меж собою, собственно говоря, два будущих кабинета. По его словам, г-н Гади Айзенкот желает в скорейшем времени привести к присяге правительство меньшинства из сорока восьми депутатов, опираясь на арабские партии; г-н же Либерман склоняется к правительству поочерёдного правления, составленному из партий перемены и партий харедим. Меж обоими, по замечанию того же наблюдателя, идёт состязание скрытое.
В пятницу г-н Айзенкот, председатель партии «Яшар! с Айзенкотом», обратился к согражданам с пространным словом накануне субботы. Израиль, по его утверждению, находится в положении истинно чрезвычайном, ощутимом и опасном; нынешнее правительство, как он изволил выразиться, угрожает самым основаниям израильской демократии, и это в то время, когда театры войны всё ещё открыты и, по его словам, подвластны прихотям политическим и личным; держава же, как он уверяет, пребывает посреди опасного дипломатического «цунами».
По сей причине г-н Айзенкот, как он сообщает, предложил своим союзникам план учреждения «правительства национального спасения в чрезвычайных обстоятельствах». Мысль сего плана такова: привести к присяге кабинет со всевозможной поспешностью, положив в основание четыре сионистские партии перемены и исправления, и принять в него всякую партию и всякого депутата Кнессета, согласного с четырьмя его основными началами, — тотчас или постепенно. Цель, по словам г-на Айзенкота, — избежать нового круга выборов и не допустить, чтобы уходящий глава правительства г-н Нетаньягу укрепился в своей канцелярии.
Совещания в доме Президента, по уверению г-на Айзенкота, явили картину, не допускающую двоякого толкования: решительное большинство депутатов будто бы стоит за перемену и за его премьерство, тогда как лишь сорок шесть членов Кнессета поддерживают продолжение правления г-на Нетаньягу, а семьдесят четыре доверия ему не изъявили. Положение, при коем глава переходного правительства, находясь в меньшинстве, продолжает распоряжаться ведомствами обороны и правосудия, г-н Айзенкот называет опасным и недопустимым даже на один день.
Он сообщает далее, что с товарищами своими провёл десятки часов в переговорах, иные из коих были оглашены, иные же нет, и что достигнуты, по его словам, существенные успехи и даже «прорывы» — в тишине и скромности, без газетных внушений. Г-н Айзенкот выразил надежду в начале будущей недели получить от Президента поручение составить правительство и перечислил четыре начала, на коих оно должно утвердиться: признание Израиля государством еврейским и демократическим; принятие ценностей Декларации независимости; обязанность службы для всех — военной, национальной или гражданской — к укреплению и умножению рядов ЦАХАЛа; признание ХАМАСа организацией террористической и обязательство сокрушить его военную и правительственную силу. Всем фракциям Кнессета, готовым подписаться под сими началами под его водительством, он намерен предложить участие — «ныне или после». Кто же, по его словам, станет из личных, а не деловых видов расстраивать составление правительства, тот войдёт в историю как не возвысившийся до важности минуты, и того не простят.
Г-н Сегал, разбирая сие обращение, утверждает, что г-н Айзенкот тем самым раскрыл свои карты: правительство меньшинства из сорока восьми при поддержке извне арабских партий и, быть может, при воздержании партии «Яадут ха-Тора». Условие же о всеобщей обязанности службы обозреватель почитает намёком, обращённым к г-ну Либерману. Происходящее в последние сутки г-н Сегал уподобляет состязанию двух соперников: кому стоять во главе, каково будет правительство и составится ли оно скоро, как того желает г-н Айзенкот, или же на медленном огне, как, по его словам, полагает г-н Либерман.
Г-н Бен Каспит, со своей стороны, известил читателей о пространной субботней статье своей в газете «Маарив», где, по его описанию, разобраны все возможности г-на Айзенкота и роковое решение, ему предстоящее, а также личная просьба о прощении, обращённая к избирателям-арабам, «катастрофическая», как он пишет, утрата союза с Америкою и вопрос о том, каким образом г-н Нетаньягу мог будто бы получить сто двадцать пять миллионов долларов наличными и о том не ведать. Последнее остаётся утверждением обозревателя и в настоящем известии не проверено.
Чем окончится сие состязание и кому Президент вручит поручение, покамест неизвестно.
Начальник следственного отделения полиции воспрещает подчинённым своим содействовать ШАБАКу в делах, касающихся выборов, без его на то дозволения
Амит Сегаль
Из сообщения г-на Амита Сегаля, известного обозревателя, явствует, что несогласие между полициею и ШАБАКом, и прежде уже приметное, ныне, по его словам, усиливается. Поводом к тому служит дело, в коем подозревается попытка склонить исход выборов в ту или иную сторону; заметим, что речь покамест идёт именно о подозрении, а не о доказанном обстоятельстве.
Как сообщается, начальник следственного отделения полиции распорядился не передавать ШАБАКу никаких сведений по сему делу без его личного согласия. В уведомлении, разосланном по отделению поутру, будто бы значилось следующее: «Ежели ШАБАК обратится к вам с какою-либо просьбою о содействии, касающеюся выборов (как то: помощь в снятии камер, в производстве следствия или в ином каком действии), надлежит направлять его ко мне и не исполнять его просьбы впредь до получения дозволения от отделения. Повторяю: всякую просьбу, какова бы она ни была, ежели она касается выборов, следует направлять ко мне».
Имя начальника отделения в сообщении не названо; равным образом не изъяснено, чем вызвано сие распоряжение и как отозвался на него ШАБАК. Читателю остаётся лишь ожидать дальнейших известий, дабы судить, утихнет ли сия размолвка или разгорится пуще прежнего.
Обозреватель Амит Сегаль о споре юридической советницы и начальника ШАБАКа вокруг подозрений в подкупе избирателей и о том, кто здесь прав
Пишет Амит Сегаль
Бурь вокруг Зини бывало немало; эта — величайшая из всех. В ней, как в капле, собраны все страхи всех участников. С одной стороны, правые видят юридическую советницу правительства, которая на деле исполняла должность предводителя оппозиции, а ныне — точь-в-точь как в деле главной военной прокурорши — останавливает всякое следствие по подозрениям в иностранном вмешательстве и в страшном посягательстве на чистоту выборов. С другой стороны, оппозиция видит начальника ШАБАКа, поставленного Нетаниягу, который взрывает дело, ложащееся в одну линию с речами премьер-министра, и притом в минуту, чувствительнее которой не сыщешь. И всё это — вокруг святая святых демократии: выборов в Кнессет.
«Вообрази, что открылось бы, будто Ликуд с головы до пят содержится на деньги России, — сказал на этой неделе начальник ШАБАКа в совещании с судьёю Сольбергом. — Отменило бы это выборы, или мы сказали бы, что раз не нашли определённого участка, то всё в порядке?»
Зини ясно дал понять, что, по его мнению, Бахарав-Миара нарочно медлит, и по причинам политическим. Есть у него, однако, затруднение: в самый день выборов он встал перед камерами и возвестил, что выборы прошли исправно. Откуда же возникло дело? «Перед выборами были сведения общие. В день выборов, в полдень, пришли донесения, подтвердившие явление по всей стране, у обеих арабских партий. Карточки на заправку в подарок, множество донесений в таком роде: „Голосуй за нас — получишь двести шекелей, приведи семью — получишь шестьсот долларов“». Затем Зини прибегнул к притче из родных мест, с Голанских высот: «Представь, что тебе говорят, будто с Хермона пустили куб воды с ядом. Потом ты находишь в Баниасе отравленную воду. Закрыть ли глаза, пренебречь и сказать, что всё — стечение обстоятельств?»
Прав Сольберг, в смысле формальном: даже если всё окажется точным, отдельных участков, которые можно признать недействительными, найдётся немного. Но прав и Зини: дело это потрясающее. Права и Бахарав-Миара: в нынешнем деле ШАБАК просил пустить в ход средства, каких доныне никогда не применяли, — по крайней мере с тех дней, когда служба была длинною рукою Бен-Гуриона против оппозиции.
С одной стороны — обвинения в том, что израильскую демократию искривляют огромные иностранные деньги. С другой — обвинения в тяжком уроне израильской демократии от тайной организации, во главе которой стоит человек со стороны, назначенный председателем соперничающей партии.
С прискорбием должно сказать две вещи. Первая: даже если советница права, глубокое недоверие к себе она заработала честно (или нечестно). Годами она медлит с решениями по делам, касающимся членов оппозиции (например, Гилада Кирива), и, напротив, весьма деятельна во всяком решении, способном повредить правительству. И её вопли об употреблении ШАБАКа против политических лиц не раздавались с подобной громкостью, когда проверка велась против канцелярии министра Итамара Бен-Гвира.
Вторая: Ликуд и Нетаниягу ошибаются в понимании действительности. Они не выиграли выборов, а таким поведением выказывают сознание поражения и сильно приближают возможность того, что у них над головой составится шаткое правительство меньшинства. Даже ревностнейшие поборники единства на другой стороне видят в этом оспаривание итогов, и поведение ШАБАКа не помогает рассеять их опасения.
Выход должен быть таков: признать итоги, настаивать на доведении следствия до конца и призвать к составлению правительства единства. Звучит слабо, но ведь советница и начальник ШАБАКа сидели вместе за общим заявлением только в начале этой недели, — так что всё может статься.
О рекомендациях, поданных президенту Герцогу, и о клубке, который предстоит распутать г-ну Айзенкоту
Пишет Леонид Невзлин
Шестьдесят семь депутатов кнессета рекомендовали президенту Израиля Ицхаку Герцогу поручить составление правительства предводителю партии «Яшар» Гади Айзенкоту. За Нетаниягу высказались лишь сорок шесть. Герцог обещал объявить о своём решении в воскресенье.
Самый чувствительный удар нанесли Нетаниягу его давние союзники. «Яхадут ха-Тора», располагая семью мандатами, не пожелала рекомендовать никого. Ультраортодоксы, годами служившие опорою всякой коалиции премьера, тем самым, по сути, оставили себе дорогу в будущее правительство Айзенкота. А Авигдор Либерман, по сведениям 12-го канала, впервые согласен сесть за один стол с ультраортодоксами, ежели это поможет переменить власть.
Не менее примечательно поведение арабских партий. И РААМ, и «Объединённый список» рекомендовали бывшего начальника Генерального штаба ЦАХАЛа. Мансур Аббас объявил Герцогу, что стоит за совершенное разоружение ХАМАСа и за мирный план Трампа касательно Газы. Назвать, впрочем, ХАМАС организацией террористической он отказался, сославшись на опасение за безопасность своего семейства, — хотя именно этого Айзенкот требует от будущих союзников.
«Ликуд» меж тем подаёт сигналы самые противоречивые. Покидающий свой пост министр образования Йоав Киш призывал к «широкому национальному правительству». А министр транспорта Мири Регев именовала соперников «блоком катастрофы». Герцог не удержался и заметил, что протягивать руку и в то же время навешивать ярлыки не выйдет.
Но радоваться оппозиции рано. Рекомендации — ещё не коалиция. Шестьдесят семь депутатов, поддержавших Айзенкота, связывает лишь одно желание: отправить Нетаниягу в отставку. Либерман не сядет с арабскими партиями; «Объединённый список» готов поддерживать правительство только извне; РААМ не выдерживает испытания Айзенкота в рассуждении ХАМАСа; а ультраортодоксы ожидают уступок по призыву от человека, который шёл на выборы под знаменем всеобщей службы. Чтобы распутать сей клубок, Айзенкоту отпущено двадцать восемь дней, с возможным продлением ещё на четырнадцать.
Нетаниягу остаётся премьером переходным и, по всему судя, будет ставить на то, что эта пёстрая постройка развалится прежде, нежели успеет сложиться. Получить полномочие на составление правительства легче, нежели сговориться со всеми возможными участниками. Таково первое серьёзное испытание Гади Айзенкота.
Президент Трамп обещает «многое в ближайшие недели»; иностранные газеты пишут о спешных совещаниях и о приготовлениях как в Америке, так и в самом Иране
Абу Али Экспресс, Израильские трудовыебудни
Из Вашингтона доносят, что президент Трамп, принимая минувшею ночью господ журналистов в Овальном кабинете Белого дома, изволил объявить: «Мы намерены совершить многое. В продолжение ближайшей недели или двух вы увидите немало дел. Многое у нас теперь, так сказать, готовится на огне». Касательно Ирана президент присовокупил: «Я предпочёл бы, буде возможно, не разрушать остальной части сей страны, но, быть может, выбора мне не останется. Вы узнаете о том весьма скоро. Ежели понадобится довершить начатое нами в Иране, мы вполне изготовлены и к действию готовы». В другом своём заявлении г-н Трамп утверждал, что Израиль, а с ним, по сути, и весь Ближний Восток ныне не существовали бы, когда бы он не воспрепятствовал Ирану обзавестись ядерным оружием; «никто не желает о том говорить, но всем известно, что это правда», — прибавил он.
Американская газета Fox News, ссылаясь на высокопоставленных особ, сообщает, что в Белом доме в среду и в четверг происходили неотложные совещания о возобновлении ударов по Ирану и что в четверг президент собирал свою команду по национальной безопасности. Центральное командование американских войск (CENTCOM), по тем же известиям, довершает приготовления к возможному военному предприятию. Одно из русских изданий, пересказывая ту же газету, пишет, что 9-е ноября почитается днём благоприятным для начала действий, ибо приходится на начало лунного месяца, когда света луны мало. Тот же листок передаёт, впрочем без подробностей, будто Соединённые Штаты поражают объекты Корпуса стражей исламской революции на острове Кешм в Ормузском проливе; известие сие иными источниками в нашем распоряжении не подтверждено.
О причинах политического свойства высказался г-н Дональд Трамп-младший: по его словам, независимо от того, верным ли почитать сие решение или нет, война в Иране в немалой мере переменила расположение избирателей и повлекла ту волну голосов, что принесла республиканцам поражение на промежуточных выборах.
В то же время британская газета «Телеграф» сообщает, что, после недавнего пребывания в Москве г-на Мохсена Резаи, названного секретарём Высшего совета национальной безопасности Ирана, Тегеран ведёт с Россиею сношения о покупке совершенных зенитных орудий системы S-400. Газета «Таймс», ссылаясь на иранского медика, пишет, что жителям, обитающим в двух-трёх верстах (точнее, километрах) от ядерных заведений, раздают таблетки йода — в числе приготовлений на случай войны; оные таблетки назначены уменьшить поглощение радиоактивного йода щитовидною железою, буде случится утечка.
Наконец, первый министр Катара объявил, что Соединённым Штатам и Ирану не удалось прийти к полному соглашению. Состоится ли новое военное предприятие и когда именно — того, по имеющимся известиям, наверное сказать покамест нельзя.
Отклики на «О намерениях Вашингтона касательно Ирана»
D.. Любопытно, успеет ли он прежде, чем его подвергнут импичменту? Ему бы, право, присматривать себе скромную квартирку в Ростове, а он всё бредит Ираном. Поздно, сударь мой, слишком поздно: задать аятоллам трёпку в пух и прах надлежало ещё тогда, в феврале или марте.
ז.. Ваше суждение, милостивый государь, для меня поистине драгоценно… Премного благодарен, что наставили меня на путь истинный… А посему не угодно ли вам убираться к чёрту со всеми вашими рассуждениями?
B. I. P.(ответ: D.). Не перестаю дивиться, как иные «израильтяне» ликуют оттого, что друг Израиля терпит поражение на выборах от тех, кто нас ненавидит. Ата исраэли?
D.(ответ: B. I. P.). Он проиграл по заслугам: причин к тому было без числа, и избиратели ясно это выказали. Поддерживает ли он Израиль или нет — дело здесь второстепенное. Помяните моё слово: эта самая поддержка ещё выйдет нам боком, и скоро. И не довольно ли мерить двумя мерками? Благосклонность его к Израилю ничуть не снимает с него ответа ни за гибель людей в Украине, к примеру, ни за сделки с подлым, мерзавческим российским режимом. Вместо того чтобы искоренять зло, он вздумал с ним заигрывать — вот вам и плоды.
D. S.. Как видно, у американских товарищей такие понятия военной науки, как внезапность, скрытность и введение неприятеля в заблуждение, давно спущены в отхожее место.
A.(ответ: D. S.). Да помилуйте, взгляните, сколь искусно сие введение в заблуждение! Сам Трамп не в силах знать, когда Трамп грянет! Что уж толковать о неприятеле… Он и союзников-то своих запутал совершенно и бесповоротно.
V.. Будем же уповать, что на сей раз он доведёт дело до конца.
C. W.(ответ: V.). Сдаётся мне, что довести там дело до победы способен один лишь Мосад.
Да чёрт меня побери! Наконец-то!
A. A.. Неужто всё это и вправду начало?! Или же нам опять предстоит выслушать повесть о славных малых?
Славные малые. Превосходная сделка. Врата преисподней. Переговоры о переговорах. Покорнейше благодарю за внимание к сему предмету.
M.. Э, полноте, ровно ничего не будет.
Извольте подождать, сударыня: сию же минуту шлём нарочного к самому господину Трампу и почтительнейше осведомимся у него, как оно будет на деле.
Смесь
Курьёзы и разные разности
Что примечательного, хотя и не первостепенного, случилось за сутки
Редакция
Благочестивый перевозчик. — Пограничная стража у пропускного пункта А-Заим задержала водителя-нелегала, который отрастил пейсы, надел одежду ультраортодоксов и кипу, дабы скрыть личность, и вёз ещё шестерых нелегалов. Выяснилось, что машина снята с учёта, а номера подменены. Маскарад был, надо признать, продуман ровно настолько, насколько не проверялись прочие бумаги.
Электрическая стрела из Абу-Даби. — Китайский электрокар BYD Yangwang U9 Xtreme преодолел рубеж в 500 км/ч, достигнув 503,17 км/ч на гоночной трассе в Абу-Даби, и установил рекорд для серийных автомобилей. Мощность его силовой установки составляет 2977 лошадиных сил, а выпустят всего 30 штук. Лошадей, как видим, нужно теперь считать почти тремя тысячами.
Красная шляпа с вето. — Наблюдательные люди заметили на столе Трампа во время пресс-конференции красную шляпу с надписью VETO. Говорят, это послание демократам, победившим на промежуточных выборах. Прочие аксессуары президента, вероятно, тоже о чём-нибудь предупреждают, но пока никто не догадался спросить у них.
Дежурство с метлой. — Вечерние развлечения в секторе Газа нынче включают «дежурство дождевой метлы в палатке»: когда на крыше собирается много воды, её сдвигают метлой, чтобы палатка не рухнула. Занятие требует бодрости и постоянства; единственное его достоинство в том, что скучать при нём решительно некогда.
О трёхчасовой беседе режиссёра Кирилла Соколова с Юрием Дудем
Заметки Александра Роднянского о человеке, у которого ремесло не отняло радости
Пишет Александр Роднянский
Просмотрел я в один присест трёхчасовую беседу, которую режиссёр Кирилл Соколов имел с Юрием Дудем. Не отрываясь. И с превеликим удовольствием.
Всем, кто любит кинематограф и кому любопытны истории успеха, настоятельно советую.
Тридцатисемилетний Кирилл Соколов после большого успеха в Америке первой своей картины «Папа, сдохни» поставил в Голливуде фильм «They Will Kill You» с бюджетом в 19 миллионов долларов. Ныне же он трудится над предприятием для Нетфликса, бюджет коего в несколько раз больше.
Но главное не в том. Соколов говорит о кинематографе с необыкновенным обаянием. С жаром, остроумно, с подробностями, которые хочется слушать.
Ему любопытно выдумывать и делать — сочинять сцены, искать решения, доискиваться, отчего одно удалось, а другое провалилось.
Сколько удовольствия доставляет ему само искусство!
Я много лет имею дело с режиссёрами и весьма ценю в них это свойство. Ремесло ведь тяжкое, зависящее от множества людей и обстоятельств. Между замыслом и исполнением подчас проходят годы. За это время можно растратить весь первоначальный пыл — на ожидание, уступки, обиды. Сберечь его, пройдя сквозь опыт ремесла, весьма трудно.
У Соколова этот пыл есть. Он знает, как устроено сие производство, и глядит на него без обольщений.
Но при всём том ему по-прежнему страшно хочется снимать. Пробовать. Выдумывать что-нибудь ещё.
В его рассказах даже трудности становятся занимательны: слушаешь и невольно думаешь, как бы сам разрешил подобную задачу.
Мне отрадна свобода, с какою он говорит о кинематографе. Когда человек с таким увлечением рассказывает о страшной картине, о трюке, о какой-нибудь кровавой сцене, мало-помалу и сам припоминаешь простую истину: кино должно захватывать. Удивлять. Пугать. Смешить. Заставлять позабыть, что сидишь перед экраном.
Сколько изобретательности и труда бывает вложено в эти несколько минут зрительского удовольствия!
Как славно видеть человека, у которого возмужание в ремесле не отняло радости.
Который умеет быть благодарным, с любовью говорит о жене, смеётся над нелепыми обстоятельствами собственной жизни и сохраняет любопытство к тому, что будет далее.
В какую-то минуту ловишь себя на том, что просто радуешься за него. И желаешь, чтобы всё у него удалось.
По сообщениям: Дмитрий Дубов, Амит Сегаль, Израильские трудовыебудни, Бен Каспит
Пишет Леонид Невзлин
Пишет Александр Роднянский